Иногда людей клинит на чужих жестах или случайных взглядах совершенно не вовремя, когда надо вообще-то делом заниматься. Сидит кассир на платном участке дороги, мимо него сотни машин летят, а он высматривает одну конкретную легковушку: подмечает, какая песня играет из колонок, какого оттенка на ней шарф, и нарочно не жмёт кнопку шлагбаума, лишь бы на секунду растянуть эту нелепую паузу с протянутым чеком. Или вор: залез ночью в чужую квартиру за ценностями, но застыл на месте, потому что начал наблюдать за хозяйкой — слушает её голос, разглядывает её странные бытовые привычки и напрочь забывает, зачем вообще лез в окно. В больничной палате медбрат ставит капельницы угасающему деду, хотя голова у него занята не лекарствами, а взрослой дочерью пациента, забившейся в угол с тетрадкой и пытающейся не разрыдаться на людях. На корте немолодой тренер до седьмого пота набивает мячи через сетку, механически выполняя упражнения, но ловит себя на том, что весь этот бесконечный теннис ему сдался только ради одной новой ученицы. В этих шести отдельных кусках чужой жизни никто ни с кем не пересекается, никто не подводит красивые итоги и не читает нотаций о том, как правильно жить. Просто взрослые люди внезапно совершают необъяснимые глупости, замирают в неуютной тишине салона, ужасаются собственной смелости, но уже физически не способны дать заднюю.
