0 0

Лондонская мостовая пахнет нечистотами и дешевым элем, когда двадцатилетний паренек из Стратфорда впервые оказывается в этом гадюшнике. Шекспир притащил с собой голову, набитую рифмами, но пустые карманы, и быстро понял, что здесь всем плевать на возвышенные материи. Приходится вертеться: сегодня ты пытаешься угодить неотесанной толпе в вонючем театре, завтра — выкручиваешься перед кредиторами, а послезавтра ищешь способ пропихнуть свой текст так, чтобы тебя не выкинули на улицу. Это не триумфальное шествие гения, а бесконечная борьба за кусок хлеба, где каждый удачный выход на сцену соседствует с позорным фиаско, а великие строки рождаются не из вдохновения, а из отчаянной попытки дотянуть до утра.