Внизу во дворе люди замерли каменными истуканами, вперившись взглядами в темное небо, и ни один даже не моргает. Минуту назад компания из шести человек еще разливала выпивку и собиралась лезть на крышу пялиться на редчайшее лунное затмение с парадом планет, но вой экстренных сирен на смартфонах все сломал. На экранах одно короткое требование: ни при каких обстоятельствах не смотреть наверх. Пришлось спешно захлопнуть замки, забаррикадировать дверь и наглухо задернуть все шторы в квартире. Позвонить близким не выйдет — связь моментально отрубилась, каналы в телике шипят белым шумом, а за окном кто-то чужой скребется и тяжело переступает по асфальту. Воздух в запертой комнате быстро становится тяжелым, липким. Люди начинают психовать: один доказывает всем, что это массовый психоз и дурацкая шутка, другой истерит и рвется выйти наружу на свежий воздух, а третьего буквально корежит от дикого, нездорового желания отогнуть краешек ткани и хоть секунду поглядеть в щель. Кажется, эта чертовщина легко просачивается сквозь бетон, меняя каждого изнутри, и теперь главное — как-то не перегрызть друг другу глотки и продержаться взаперти до рассвета.